Интересные факты

[Valunya]

Камнерезное искусство семьи Хенн

Семья Хенн (Henn) — это знаменитая немецкая династия мастеров-камнерезов, ювелиров и геммологов из города Идар-Оберштайн, который с XV века является центром ювелирного дела в Европе. Династия известна созданием редчайших предметов высокого ювелирного искусства и работой с уникальными цветными драгоценными камнями для первых лиц государств и коллекционеров.

Династия в деталях

Ханс-Юрген Хенн — глава династии, посвятивший более 50 лет поиску редчайших цветных драгоценных камней по всему миру.

Аксель Хенн — дипломированный геммолог и потомственный мастер-огранщик. Управляет сделками с музеями и аукционными домами, а также руководит штаб-квартирой в Германии.

Инго Хенн — младший сын, который открыл собственную ювелирную марку Henn of London в знаменитом лондонском квартале Хаттон-Гарден.

Мастера семьи Хенн специализируются на создании уникальных предметов роскоши — от скульптурных миниатюр до сложных колье, где огранка минералов выступает главным акцентом.

Помимо украшений, семья создает декоративные резные предметы из ценных пород камня — таких как горный хрусталь, турмалин, танзанит и рубин. Их изделия включают сложные цветочные букеты, зеркала и даже заказы для королевских особ (например, сокол из аквамарина

Для своих проектов Инго использует уникальные цветные драгоценные камни – эту страсть он унаследовал от своего отца.
Благодаря ему коллекция Henn of London и ювелирные украшения Инго включают в себя очень редкие образцы драгоценных камней, которые сейчас трудно найти. «Мы имеем дело только с исключительными и редкими образцами имперского топаза, турмалинов Параиба, мандариновых гранатов, шпинелей и других цветных драгоценных камней. Размер, цвет, качество и редкость – все имеет значение. Мы покупаем сырье и сами делаем огранку в Идар-Оберштайне», - рассказывает Инго Хенн.
Компании Henn и Henn of London зарекомендовали себя как представителей изысканного вкуса и первоклассных производителей арт-объектов и украшений ручной работы. Семья Хенн занимается сразу тремя видами деятельности: продажей коллекционных камней, уникальных объектов камнерезного искусства и единственных в своем роде драгоценностей.

[Mihalis]

Почему масаи живут дольше 70 лет в саванне без больниц и врачей

Они живут в хижинах из навоза, пьют кровь коров и не имеют ни одной больницы на сотни километров вокруг. И при этом — лидируют по продолжительности жизни на всём Африканском континенте. Средняя продолжительность жизни масаи превышает 70 лет, что выглядит как настоящий парадокс.

Как такое возможно? И что вообще это за люди?

Масаи — одни из самых узнаваемых народов мира. Высокие, статные, в ярко-красных одеждах, с длинными копьями. Их изображениями заполнены туристические проспекты Кении и Танзании. Но настоящая история масаи куда сложнее, чем картинка на открытке.

Эрнст Хемингуэй, повидавший в Африке немало, писал о них с нескрываемым восторгом: это самые рослые, статные и жизнерадостные люди, которых ему доводилось встречать на континенте. Писательница Карен Бликсен, прожившая в Кении несколько десятилетий, описывала молодых воинов-масаи через образ совершенного хищника — гибкого, собранного, живущего в абсолютном согласии со своей природой.

Их рост — и вправду явление. Средний масаи вырастает до 180–190 сантиметров, двухметровые мужчины среди них не редкость. Исследователи объясняют это сочетанием генетики и образа жизни: постоянное движение по саванне, специфическая диета, отсутствие малоподвижного существования с детства.

Сейчас масаи населяют узкую полосу земли на границе Кении и Танзании. Но так было не всегда. Несколько веков назад они контролировали огромные восточноафриканские территории, наводя страх на соседей. В XIX веке европейские первопроходцы обходили их земли стороной. Масаи не были мирными пастухами — они были воинами, чья репутация шла впереди них.

Потом пришли колонизаторы. И поступили с масаи так же, как с большинством неудобных народов: их выдавили с лучших земель, разбив там заповедники. Теперь в этих заповедниках катаются на джипах туристы, а масаи пасут скот на тощих угодьях по краям.

Это не случайность и не история успеха. Это история вытеснения.

Но именно здесь начинается самое интересное. Несмотря на потерю земель, несмотря на бедность и отсутствие инфраструктуры, масаи сохранили уклад, который, судя по всему, работает лучше, чем многие достижения цивилизации.

Их деревня — это несколько десятков круглых хижин, обнесённых живой изгородью из колючей акации. Жилище строится из тонких веток, оплетённых между собой, а затем обмазанных навозом с обеих сторон. Никаких окон. Вместо двери — шкура животного. Внутри — очаг и несколько лежанок.

Звучит аскетично. На деле — функционально до совершенства. Навоз — отличный термоизолятор: в хижине не жарко днём и не холодно ночью. Колючая ограда вокруг деревни надёжно останавливает львов и леопардов. На ночь скот загоняют в центр деревни — он под защитой, и одновременно согревает пространство.

Когда на пастбище заканчивается трава, деревня переезжает. Женщины (именно они строят и разбирают жильё у масаи) сбивают обмазку со стен, разбирают каркасы и переносят их на новое место. Никакой привязанности к месту — только следование за ресурсом.

Это полукочевой образ жизни, который масаи ведут уже несколько сотен лет. И это накладывает отпечаток на всё: на тело, на психику, на питание.

Говоря о питании — вот где настоящий разговор о парадоксе долголетия.

Основа рациона масаи — молоко, кровь и мясо. Молоко пьют все. Кровь — преимущественно мужчины, особенно в период воинских испытаний. Кровь берут у живой коровы зебу: прокалывают яремную вену, наполняют тыквенный сосуд, смешивают с молоком. Ранку аккуратно замазывают, животное продолжает жить.

Цикл питания у мужчин чередуется: десять дней — кровь с молоком, десять дней — мясной суп. Иногда в суп добавляют кору дерева олкилорити (на суахили — ol-kiloriti, это Acacia nilotica). Она обладает антибактериальным действием и, по данным местных исследований, действительно снижает воспаление в полости рта.

Дети и женщины — в основном молочная диета, много фруктов. Дикий мёд, коренья, съедобные травы. Никакой дичи, птицы, рыбы — строгое табу.

Западных учёных это питание долго ставило в тупик. Масаи потребляют огромное количество насыщенных жиров — и при этом демонстрируют низкий уровень сердечно-сосудистых заболеваний. В 1980-х медики из США специально приезжали изучать масаи, ожидая найти нацию с заклёванными артериями. Нашли обратное.

Объяснение оказалось в движении. Масаи проходят и пробегают от 20 до 30 километров в день. Постоянно. Их сердечно-сосудистая система работает так интенсивно, что жировой обмен принципиально отличается от того, что происходит в теле офисного работника, съедающего тот же объём жиров.

Не еда делает их здоровыми. Движение.

Это, кстати, не единственное, что у масаи работает вопреки ожиданиям. Их социальная структура тоже устроена по логике, которая на первый взгляд кажется нелепой, а при ближайшем рассмотрении — очень точной.

Мужчина у масаи не может жениться, пока не наберёт стадо минимум в 30 голов скота. Меньше — считается бедным и не имеет права на вторую жену. За невесту платят выкуп: от пяти до пятнадцати коров. Чем больше жён — тем выше статус, но и тем больше нужно скота.

Получается система, которая автоматически регулирует демографию и распределение ресурсов. Хочешь семью — зарабатывай. Сначала стадо, потом дети.

Юноши масаи живут отдельно от основной деревни. Для них строят хижины без колючей ограды — специально. Если ночью нападут враги или дикие животные, молодые воины должны уметь постоять за себя и остальных без защиты стен. Это не жестокость. Это педагогика.

Главное испытание для юноши — отправиться в одиночку на охоту на льва. Раньше это было буквально: убил льва — стал мужчиной. Сегодня традиция в ряде общин видоизменилась под давлением законов об охране природы, но ритуал перехода сохраняется в иных формах.

Танцы масаи — отдельная история. Их ритуальный танец adumu состоит из прыжков в высоту. Мужчины по очереди выходят в центр круга и прыгают — как можно выше, как можно дольше. Девушки смотрят. Тот, кто прыгнул выше, получает больше внимания.

Эволюционная логика здесь прямая: прыжок демонстрирует силу, выносливость, здоровье. Это не развлечение. Это смотрины.

Украшения масаи — целая система кодирования информации. Женщины плетут ожерелья из бус, кожи, алюминия и кости. Каждый цвет несёт значение: красный — кровь и храбрость, синий — небо и вода, белый — чистота, зелёный — земля. По украшениям можно «прочитать» возраст, статус, семейное положение и даже сколько детей у женщины.

Длинные мочки ушей — ещё один маркер. Девочкам протыкают уши в раннем возрасте и постепенно расширяют отверстие деревянными распорками. Растянутые мочки считаются красивыми и являются символом принадлежности к народу.

Мужчины масаи часто носят длинные косы, смазанные животным жиром и красной охрой. Женщины, наоборот, бреют голову. Такой контраст — не случайность, а визуальный код, считываемый внутри сообщества мгновенно.

Масаи живут в XXI веке, и он к ним пришёл — со смартфонами, туристами, школами и НКО. Часть молодых масаи уезжает в города, получает образование, возвращается. Или не возвращается. Это обычная история любого традиционного народа в эпоху глобализации.

Но есть то, что масаи не торопятся отдавать.

Их уклад — это не музейный экспонат и не туристический аттракцион, хотя туристическая индустрия активно пытается превратить его в то и другое. Это работающая система, отточенная за сотни лет жизни в одной из самых суровых сред на планете.

70 с лишним лет средней жизни без больниц, без пенсий, без страховок. В саванне. На молоке и крови.

Это не парадокс. Это результат.

Большинство народов отдали бы многое за такую статистику. Масаи просто живут — и, судя по всему, живут правильно.

[Mihalis]

Моряки говорили о них 500 лет, и им не верили. Потом волна убила корабль

В январе 1995 года нефтяная платформа Draupner в Северном море зафиксировала волну высотой 25.6 метра при общем волнении моря около 12 метров. Приборы записали это автоматически. Платформа повреждена.

Это был первый научно задокументированный случай аномальной волны. Её назвали волна-убийца - rogue wave.

До этого момента официальная наука считала такие волны матросскими байками. Пьяные моряки рассказывают страшные истории про стены воды, которые появляются из ниоткуда и уходят в никуда. Бред. Фольклор.

Математические модели океанских волн того времени показывали: волна высотой вдвое больше окружающих - событие настолько редкое, что за всю историю мореплавания должно было случиться несколько раз. Может быть.

Потом появился Draupner. Потом запустили спутники с радарами, которые смотрели на океаны. И за три недели наблюдений в 2001 году обнаружили десять волн высотой больше 25 метров в разных точках Мирового океана.

Десять за три недели. Официальная наука срочно пересматривала модели.

Аномальные волны реальны. Их характеристики нарушают все стандартные законы гидродинамики.

Обычная волна имеет соотношение высоты ко впадине около 1 к 7. Аномальная волна - 1 к 2 или круче. Перед ней - глубокая впадина, «яма» в океане, в которую корабль проваливается носом, а потом стена воды обрушивается сверху.

Они появляются в спокойных или умеренно штормящих условиях, без предупреждения. За несколько секунд на месте обычного моря вырастает вертикальная стена воды.

Высота задокументированных случаев - от 20 до предположительно 40 метров. Для сравнения: высота 12-этажного здания около 36 метров.

Давление такой волны на корпус корабля достигает 100 тонн на квадратный метр. Суда строятся выдерживать 15 тонн.

Почему стандартные модели не предсказывали их?

Потому что классическая теория волн основана на линейной физике - волны складываются и вычитаются предсказуемо. Аномальные волны - нелинейный эффект, где несколько волн при определённых условиях резонируют и вся их энергия концентрируется в одной точке.

Это называется «фокусировка волн». Несколько волновых систем пересекаются под нужным углом, и вместо суммы нескольких обычных волн получается одна гигантская.

Особенно часто это происходит на пересечении морских течений. Агульясово течение у берегов Южной Африки - одно из самых опасных мест. Там тёплое и холодное течения встречаются под углом к доминирующим волнам. Корабли пропадали там столетиями.

Теперь стало понятно: они встречали аномальные волны.

После 1995 года ретроспективно пересмотрели истории пропавших и повреждённых кораблей. Оказалось, что сотни «необъяснимых» катастроф - когда большое судно исчезало при умеренном шторме - это, вероятно, аномальные волны.

В 1978 году контейнеровоз München водоизмещением 26 000 тонн пропал в Атлантике. Последний сигнал - стандартный. Шторм умеренный. Нашли только несколько обломков. Спасшихся нет. 28 человек пропали.

Обломки нашли на высоте 20 метров над ватерлинией - то есть удар пришёлся сверху. Аномальная волна.

Сейчас системы предупреждения об аномальных волнах разрабатываются, но они несовершенны. Слишком сложно предсказать нелинейные эффекты в реальном океане с его течениями, ветрами, сейсмической активностью.

Океан слишком сложен. И слишком велик, чтобы следить за каждым его участком.

Поэтому аномальные волны продолжают появляться из ниоткуда. Убивают корабли. И уходят, не оставляя следов - только обломки и вопросы.

[Mihalis]

В 1993 году выстрел из дробовика раздробил крыло белой аистихе по имени Малена, и с того дня она больше не могла летать. Пока другие аисты улетали на зимовку в Африку, она оставалась в Бродски-Вароше — маленькой деревне на востоке Хорватии. О ней заботился пенсионер Степан Вокич: он построил для неё укрытие, кормил её и помогал переживать самые суровые зимы.

Но именно то, что произошло в последующие годы, сделало эту историю известной на весь мир. Каждую весну её партнёр Клепетан неизменно возвращался к ней после зимовки в Южной Африке. Он преодолевал около 13 000 километров через Африку, Средиземноморье и Балканы, чтобы снова оказаться в одном и том же месте — на крыше, где его ждала Малена.

На протяжении 16 лет подряд его возвращение фиксировалось без единого пропуска. Вместе они вырастили более 40 птенцов, несмотря на то, что Малена не могла учить их летать. Каждую осень Клепетан снова улетал на юг вместе с молодыми птицами. Она оставалась. И каждую весну небо возвращало Клепетана в то же самое гнездо.

Для одних эта история — о силе инстинкта. Для других — о преданности. Для всех же она служит напоминанием о чём-то таком, что трудно объяснить одними словами.

[Mihalis]

Эксперимент, который идёт 97 лет и до сих пор не закончен

1927 год. Университет Квинсленда, Австралия. Профессор физики Томас Парнелл ставит эксперимент для студентов. Хочет показать, что некоторые вещества, которые кажутся твёрдыми, на самом деле жидкости. Просто очень, очень вязкие.

Он берёт кусок пека — смолоподобного вещества, которое при комнатной температуре выглядит как твёрдое. Можно разбить молотком, расколется как стекло.

Нагревает пек, заливает в стеклянную воронку. Даёт остыть и затвердеть. Оставляет на 3 года, чтобы пек «устоялся».

В 1930 году срезает дно воронки.

И начинает ждать.

Пек начинает медленно стекать. Настолько медленно, что движение невидимо глазу.

Первая капля упала через 8 лет. В декабре 1938 года.

Вторая — в феврале 1947 года. 9 лет спустя.

Третья — в апреле 1954 года. 7 лет.

Четвёртая — в мае 1962 года. 8 лет.

Пятая — в августе 1970 года. 8 лет.

Шестая — в апреле 1979 года. 9 лет.

Седьмая — в июле 1988 года. 9 лет.

Восьмая — в ноябре 2000 года. 12 лет.

Девятая — в апреле 2014 года. 14 лет.

За 97 лет упало 9 капель.

Профессор Парнелл умер в 1948 году. Увидел только 2 капли.

Его преемник Джон Мейнстоун наблюдал за экспериментом с 1961 года до своей смерти в 2013-м. Он видел, как упали капли 4, 5, 6, 7, 8.

Но вот что абсурдно: ни один человек никогда не видел момент падения капли.

Все 9 капель упали, когда никого не было рядом. Ночью. В выходные. Когда камеры были выключены или сломаны.

8-я капля должна была упасть в 2000 году. Мейнстоун установил веб-камеру, чтобы наконец зафиксировать момент. Капля набухла, вот-вот оторвётся.

И камера сломалась. Ровно в тот момент, когда капля упала.

Вернулись — капля лежит внизу.

9-я капля в 2014-м. Снова камеры. Онлайн-трансляция. Тысячи людей по всему миру наблюдают.

Капля набухла. Висит тонкой ниточкой. Вот-вот.

И в момент падения произошёл сбой питания. Камера отключилась на несколько минут.

Включилась — капля упала.

Это стало мемом. «Проклятие капли пека».

Но эксперимент доказывает важную вещь: пек — это жидкость. Просто его вязкость в 100 миллиардов раз выше, чем у воды.

Он течёт. Капля за каплей. Год за годом.

Эксперимент признан самым долгим лабораторным экспериментом в мире. Книга рекордов Гиннесса.

Он всё ещё идёт. В воронке осталось пека на несколько капель. 10-я капля сформируется примерно к 2027-2030 году.

Университет Квинсленда хранит установку в специальной витрине. Климат-контроль. Постоянный мониторинг. Несколько камер с резервным питанием.

На этот раз поклялись: мы увидим падение.

Эксперимент учит терпению. Некоторые процессы нельзя ускорить. Некоторые вещи требуют времени.

Профессор Парнелл хотел показать студентам, что твёрдое может быть жидким. Он не предполагал, что создаёт эксперимент, который переживёт его на 76 лет и будет продолжаться ещё десятилетия.

97 лет. 9 капель. Никто не видел ни одной.

И это прекрасно. Потому что это напоминает: не всё нужно видеть, чтобы знать, что оно происходит. Природа работает на своих скоростях, независимо от того, наблюдаем мы или нет.

[Mihalis]

Океанская рыба-луна (Mola mola), также известная как мола, — самая тяжёлая костная рыба в мире. Её вес может достигать 5 000 фунтов (2 300 кг), а длина — около 10 футов (3 метров).

Она обитает в умеренных и тропических водах по всему миру и отличается необычным, сильно уплощённым телом почти круглой формы, из-за чего выглядит как гигантская голова с плавниками.

Основу её рациона составляют медузы. Рыба-луна способна нырять на большую глубину, но часто поднимается к поверхности, чтобы погреться на солнце или позволить морским птицам очищать её кожу от паразитов.

Несмотря на внушительные размеры, она совершенно безвредна для человека и может откладывать миллионы икринок за один раз.

Благодаря своей уникальной внешности и привычке «загорать» на поверхности воды рыба-луна считается одним из самых узнаваемых и загадочных гигантов океана.

[Mihalis]

В Индии мужчина уже пять лет стоит на одном месте ради просветления.

Даулат Гири Джи Махарадж дал обет «кхада тапасья» в честь бога Шивы. Суть практики — простоять 12 лет подряд, чтобы, по вере, получить духовную энергию и «призвать» божество.

Он не разминает ноги и не садится даже на отдых. Спит тоже стоя — с опорой на специальную конструкцию, которая не дает упасть.

Из-за постоянной нагрузки ноги сильно отекли и потемнели, кровообращение нарушилось. Волонтеры при храме обрабатывают их мазями и следят за состоянием.

[Mihalis]

В шести сотнях километров от Екатеринбурга, в Пермском крае (в районе Соликамска), прячется одно из самых необычных мест на планете — шахты Верхнекамского месторождения калийно‑магниевых солей. Отдельные выработки здесь уходят на глубину более 195 метров, а само месторождение считается одним из крупнейших в мире.

Главная «фишка» этих шахт — их стены. Они выглядят так, будто кто‑то нарисовал на них сюрреалистичные узоры: жёлтые, розовые, бурые, фиолетовые полосы сплетаются в причудливые картины. Такой «психоделический» эффект создают залежи минералов — в первую очередь карналлита (хлорида калия‑магния). При бурении слои обнажаются, и природа словно раскрывает свою палитру. Кстати, карналлит не просто красив: его используют как сырьё для удобрений, а ещё для получения магния и калийных соединений.

Чтобы запечатлеть эту подземную магию, фотографу Михаилу Мишайнику пришлось провести несколько дней в одиночестве в соляном коридоре. Условия были непростыми: постоянная угроза оползней и утечек газа, сухой воздух, от которого всё время хочется пить. Но самое странное, по словам фотографа, — это потеря чувства времени. В замкнутом пространстве на большой глубине минуты будто растворяются, и ты перестаёшь понимать, сколько часов прошло.

Большая часть шахты уже не используется, но в некоторых местах добыча всё ещё идёт. И каждый раз, когда бурят новые участки, на свет появляются новые «картины» — будто сама земля пишет свою историю слоями минералов.

[Valunya]

[Mihalis]

Под Чёрным морем течёт подводная река с водопадами…

2010 год. Международная команда океанографов исследует дно Чёрного моря с помощью подводных роботов. На глубине 600 метров находят странное: на дне идёт течение.

Не просто движение воды. Настоящая река. С руслом, берегами, притоками. Течёт по дну моря как обычная река течёт по суше.

Как такое возможно? Всё дело в соли, точнее, в разнице в солёности. Чёрное море — слоёное. Верхние 150 метров — относительно пресная вода. Туда впадают крупные реки: Дунай, Днепр, Днестр. Они приносят пресную воду, она легче солёной, остаётся сверху.

Ниже начинается слой очень солёной воды. Она поступает из Средиземного моря через пролив Босфор. Солёная вода тяжелее, опускается на дно.

Но вот что происходит у Босфора. Средиземноморская вода втекает в Чёрное море по дну пролива как по желобу. Плотная, тяжёлая, она продолжает течь по дну и после входа в море.

Формируется подводная река. Ширина до 1 км. Глубина до 35 метров. Скорость течения 4-6 км/ч. Если бы эта река текла на поверхности, она была бы шестой по водности рекой мира.

Берега у неё не из земли, а из разницы плотности воды. Солёная вода течёт в «русле», по бокам — менее солёная вода другого слоя. Граница чёткая, её видно на приборах.

Более того, на дне этой подводной реки есть водопады. Там, где донный рельеф резко обрывается, солёная вода падает вниз каскадом. Подводный водопад глубиной в десятки метров.

Визуально, если бы можно было видеть под водой, это выглядело бы сюрреалистично. Вы стоите на дне моря, а перед вами течёт река. Над головой — вода моря. Под ногами — вода реки. Всё это вода, но разная.

Учёные спустили в эту реку маркерные буи, которые дрейфуют с течением. Отследили маршрут. Подводная река течёт вдоль дна Чёрного моря на сотни километров, постепенно перемешиваясь с окружающей водой.

Это явление называется плотностное течение или гравитационный поток. Оно существует и в других местах. В Средиземном море у Гибралтарского пролива. В Красном море. Но черноморская подводная река — одна из крупнейших и наиболее изученных.

Почему это важно? Потому что такие течения переносят огромное количество кислорода, питательных веществ, органики. Они влияют на химию моря, на жизнь на дне, на климат региона.

Более того, это объясняет, почему глубины Чёрного моря мертвы. Ниже 150-200 метров там нет кислорода. Совсем. Вода насыщена сероводородом. Никакой рыбы, никаких растений.

Подводная река приносит солёную воду, но не приносит кислород. Вода застаивается, разлагающаяся органика потребляет остатки кислорода, бактерии производят сероводород. Образуется мёртвая зона.

87% объёма Чёрного моря — мёртвая, безжизненная вода. Самая большая анаэробная зона в мире.

Но это же делает Чёрное море уникальным археологическим заповедником. На глубине больше 200 метров лежат сотни древних кораблей — греческих, римских, византийских, османских. В сероводородной воде без кислорода дерево не гниёт. Корабли сохраняются почти идеально.

Нашли византийский торговый корабль 4 века нашей эры. Деревянная обшивка целая. Мачты на месте. Такелаж сохранился. Как будто затонул вчера, а не 1600 лет назад.

Всё благодаря подводной реке, которая медленно превратила глубины Чёрного моря в безжизненную консервацию.

Природа создаёт вещи, которые кажутся невозможными. Река под морем. Водопад под водой. Море внутри моря. И мы только сейчас начинаем понимать, как это всё взаимодействует…

[Mihalis]

Самый странный цветок южноамериканских Анд

Если подняться на высоту более 3000 метров в эквадорских Андах, где разреженный воздух заставляет сердце биться чаще, ландшафт начинает казаться монотонным. Бескрайние, колеблющиеся на ледяном ветру поля жёсткой соломенной травы, которую местные жители называют пахоналем, навевают тоску своим однообразным жёлто-зелёным оттенком. Но именно здесь, среди сурового и пустынного высокогорья парамо скрывается одно из самых поразительных ботанических чудес планеты, способное перевернуть представление о том, как вообще могут выглядеть соцветия.

Из сухой травы, словно мохнатые копья, устремляются в пасмурное небо массивные толстые стебли, принадлежащие растению пуйя хамата, известному среди коренных народов как агуаронго. Этот близкий родственник привычного нам ананаса выбрал для жизни место, где климат напоминает капризного и жестокого тирана. Днём здесь может нещадно палить солнце, заливая горные склоны агрессивным ультрафиолетом, а уже через пару часов температура резко падает, и ночные заморозки сковывают каплями льда всё вокруг. Выжить в таких условиях без специальной защиты невозможно, и агуаронго нашёл гениальный способ противостоять стихии, полностью укутав своё гигантское соцветие в плотную, невероятно густую шубу из светлых шелковистых волосков.

Этот светлый ворс, обволакивающий стебель, работает как самая настоящая природная теплица, которая задерживает тёплый воздух возле формирующихся бутонов и не позволяет ночному холоду сгубить будущие семена. Когда же наступает время цветения, сквозь густой мех пробиваются лепестки абсолютно космического, пронзительного бирюзово-голубого цвета, который кажется совершенно неестественным на фоне блёклых андских скал. Контраст усиливают ярко-оранжевые пыльники, выглядывающие из глубины каждого цветка, и это невероятное сочетание оттенков служит чётким сигналом для крошечных высокогорных колибри, которые, преодолевая порывы ледяного ветра, прилетают сюда за сладким нектаром и переносят пыльцу с одного растения на другое.

Однако за экзотической красотой и мягким пушистым обликом скрывается весьма опасный нрав, поскольку длинные, острые листья у основания агуаронго усыпаны жёсткими крючковатыми шипами. В этих коварных зарослях нередко запутываются крупные насекомые, а иногда и мелкие птицы, которые не могут самостоятельно освободиться и погибают, со временем превращаясь в органическое удобрение. В условиях, когда высокогорная почва практически лишена питательных веществ, а дожди вымывают из неё последние крохи полезных элементов, подобные ловушки обеспечивают растительному гиганту дополнительный источник азота и фосфора, помогая ему накапливать силы для своего единственного, но грандиозного в жизни триумфа.

[Mihalis]

Ученые испекли хлеб на закваске из мумии Этци

Разумеется, сам «Ледяной человек» возрастом 5300 лет не пострадал. Для выпечки исследователи использовали древние дрожжи, процветающую колонию которых они обнаружили на мумифицированном теле. С момента своего открытия в 1991 году, когда немецкие туристы наткнулись на замерзшее тело в тающем альпийском леднике, Этци регулярно снабжает научный мир сенсациями. Мы уже знаем, что этот человек из медного века погиб от стрелы, знаем, что он ел незадолго до смерти и каким был его последний маршрут. Но теперь биологи из исследовательского центра Eurac Research доказали, что знаменитая мумия — это до сих пор в некотором роде живая биологическая система.

Ученые исследовали лед с поверхности мумии, талую воду из внутренних органов, взяли десятки мазков и сопоставили их со старыми анализами содержимого желудка Этци. Также они заново изучили образец почвы с места находки, который заморозили еще в 1991 году. Благодаря такому подходу исследователи смогли четко разделить микроорганизмы, отделив прижизненных обитателей тела от тех, что заселили его уже после смерти. Например, в кишечнике «Ледяного человека» ученые идентифицировали генетический материал первозданной микрофлоры. Современные люди из промышленно развитых стран практически полностью утратили некоторые из этих бактерий, так что Этци подарил науке редчайший шанс заглянуть в микробное прошлое человечества.

Но самым интригующим открытием стали высокоспециализированные холодолюбивые дрожжи. Генетический анализ показал их прямое родство со штаммами из экстремально холодных регионов планеты, включая Антарктиду. Эти микроорганизмы веками находились в спящем состоянии благодаря постоянной температуре минус шесть градусов и высокой влажности. Когда ученые принялись изучать свойства этих ледниковых жителей, они наткнулись на поразительный и даже ироничный факт. Оказывается, предыдущие музейные меры по консервации мумии нечаянно помогли дрожжам выжить. После извлечения Этци из ледника хранители обрабатывали поверхность тела фенолом, чтобы уничтожить опасную плесень. Однако древние дрожжи обладали уникальной способностью расщеплять это токсичное вещество. В итоге они использовали музейный дезинфектор как обычный источник пищи и прекрасно себя чувствовали.

Чтобы вырастить жизнеспособную колонию в лаборатории, биологам пришлось разводить их прямо в холодильнике, куда обычно прячут образцы для остановки любого органического роста.

И вот ведущий автор исследования Мохамед Сархан решил проверить биологический потенциал находки в хлебопечении. Сначала микроорганизмы отказывались адаптироваться к незнакомой мучной среде. Биологи запаслись терпением, подкармливали и обновляли закваску каждые две недели, и в конце концов дрожжи сдались, выдав нормальное тесто всего за сутки. Правда, ученый признался, что пока что хлеб вышел не лучшего качества, но это и понятно — раньше микробиолог не занимался выпечкой.

Помимо чисто гастрономического интереса, открытие имеет серьезные перспективы для современной пищевой промышленности. Ученые полагают, что способность этих микроорганизмов работать при низких температурах поможет запустить новые энергоэффективные процессы на заводах. Более того, такое тесто способно самостоятельно подниматься прямо в процессе транспортировки на фабрику. Сейчас авторы планируют привлечь к работе экспертов из пищевой индустрии для совершенствования рецептуры хлеба, а также для варки уникального крафтового пива...

[Mihalis]

Учитесь у природы
Иногда мышь может проникнуть в улей, привлечëнная теплом и запахом меда. Пчёлы реагируют незамедлительно, защищая свое гнездо. Они вместе атакуют нарушителя, пока он не перестанет двигаться. Однако возникает проблема, которую нельзя решить силой: мёртвое тело слишком велико, чтобы его вынести. Если оставить его там, оно начнет гнить и может поставить под угрозу всю колонию. У пчёл есть свой метод борьбы с этим. Они покрывают тело слой за слоем прополисом — веществом, собранным из древесных смол и обогащëнным ферментами, вырабатываемыми самими пчёлами. Прополис обладает антибактериальными, противогрибковыми и консервирующими свойствами. Он изолирует тело нарушителя, предотвращая появление запахов и разложение, защищая улей от болезней. Это один из самых необычных примеров гигиены в мире насекомых. Невозможность устранить опасность не означает сдаться: пчёлы просто нейтрализуют её, поддерживая порядок и равновесие внутри улья.

[Mihalis]

Ведьмин котелок – самый странный гриб

С виду он напоминает тёмный бархатистый мешочек, наполненный густой желеобразной жидкостью, из-за чего её издавна связывали с магией и колдовством.

Этот необычный гриб появляется сразу после схода снега, но увидеть его почти нереально, потому что саркосома занесена в Красную книгу. Поэтому собирать её запрещено.

Настоящая лесная редкость, которую лучше просто бережно рассматривать.

[Mihalis]

Ворона считает вслух

В мае 2024 года в журнале Science вышла статья из Тюбингенского университета, которая меня серьёзно зацепила. Нейробиолог Диана Ляо с коллегами доказала, что вороны умеют считать вслух.

Именно считать: производить ровно столько карканий, сколько им показали. Различать много и мало умеют многие животные - здесь речь о другом.

Эксперимент выглядел так. Трёх ворон обучали реагировать на цифровые и звуковые сигналы - от одного до четырёх. Увидел символ «3» - каркни три раза. Услышал три звука - тоже три. Птицы справились. Причём исследователи записывали и анализировали каждую вокализацию: оказалось, что ворона планирует весь «отсчёт» заранее, ещё до первого каркания. Тайминг первого звука, его акустические характеристики - всё это зависит от того, сколько карканий последует в серии. Первое «кар» при счёте до четырёх звучит иначе, чем первое «кар» при счёте до двух.

Это важный момент - птица формирует план заранее. У людей это связывают с пониманием числа, а не с механическим повторением.

До этого считалось, что вокальный счёт - способность уникально человеческая, если не считать приматов, обученных жестовому языку. Здесь птица делает это самостоятельно, голосом.

Теперь немного контекста. Мозг вороны лишён неокортекса - той части мозга, которую мы обычно считаем ответственной за высокое мышление у млекопитающих. У птиц вместо него - нидопаллиум, особенно зона nidopallium caudolaterale. Функционально она аналогична префронтальной коре у приматов, но устроена совершенно иначе - нейроны упакованы значительно плотнее. То, что у нас делает кора объёмом в несколько сотен кубических сантиметров, у вороны решается в заметно меньшем пространстве.

Хороший аргумент против наивного взгляда на интеллект как нечто линейное - чем больше мозг, тем умнее. Вороны ломают эту схему раз за разом. Они узнают лица людей и помнят их годами. Прячут еду, учитывая, кто мог их видеть. Ждут у пешеходных переходов, пока машины расколют орех, и подходят за едой строго на зелёный сигнал.

Теперь ещё и считают вслух.

Я не утверждаю, что ворона понимает число так, как понимаем его мы. Но что она делает что-то содержательно близкое к этому - это теперь в Science, с экспериментальными данными.

[Mihalis]

Туареги − матриархальное племя. Женщины владеют землями, семейными ценностями. Их дом (оседлый ли, кочевой ли) называют по имени женщины-хозяйки, и если она решит развестись с мужем, то мужчина покидает дом, оставляя там жену и детей. Полигамия запрещена. Вождём племени является мужчина, но передаётся эта прерогатива через женскую линию. Мужчина может повысить свой статус только женившись на женщине с более высокой социальной ступени, но женщина практически никогда не выйдет замуж за мужчину более низкого происхождения.
Мужчины туареги считаются самыми безжалостными и сильными воинами Африки, а так же лучшими торговцами. Так что подкаблучниками их никак не назовёшь. При том, что женщина владеет семейными владениями, мужчина туарег обязан содержать семью. Мужчины предпочитают ножи и сабли современным видам оружия, и следуют строгому кодексу чести людей пустыни. Туареги одни из немногих африканцев, которые имеют свою письменность (у большинства язык племени существует только в устном варианте), и среди них всегда было много поэтов и романтиков.
Туареги − матриархальное племя. Женщины владеют землями, семейными ценностями. Их дом (оседлый ли, кочевой ли) называют по имени женщины-хозяйки, и если она решит развестись с мужем, то мужчина покидает дом, оставляя там жену и детей. Полигамия запрещена. Вождём племени является мужчина, но передаётся эта прерогатива через женскую линию. Мужчина может повысить свой статус только женившись на женщине с более высокой социальной ступени, но женщина практически никогда не выйдет замуж за мужчину более низкого происхождения.

[Mihalis]

Эксперимент который запретили навсегда

В 1959 году психолог Гарри Харлоу посадил новорождённую обезьяну в клетку с двумя искусственными матерями. Одна была из холодной проволоки, но давала молоко. Вторая — мягкая, тёплая, обтянутая тканью, но без еды. Учёные ждали: детёныш выберет еду. Логично. Выживание превыше комфорта. Обезьяна выбрала тепло. Она прибегала к проволочной матери только покормиться, а всё остальное время цеплялась за тряпичную, прижималась, пыталась обнять. Харлоу понял: он нащупал что-то огромное. И пошёл дальше. Туда, откуда дороги назад уже было.

Он начал серию экспериментов, которые назвал «исследование природы любви». Звучит невинно. Реальность была другой. Он создал устройство, которое назвал «колодец отчаяния» — вертикальную камеру из нержавейки с гладкими стенками. Детёнышей обезьян помещали туда на недели. Полная изоляция. Темнота. Одиночество. Когда их вынимали, обезьяны сидели в углу, раскачивались, кусали себя до крови, смотрели в пустоту. Многие так и остались сломанными на всю жизнь.

Харлоу хотел доказать: эмоциональная депривация разрушает психику сильнее голода. Он создавал матерей-монстров. Проволочные матери, которые били детёнышей металлическими штырями. Обдували ледяным воздухом. Сбрасывали малышей с себя механизмом катапульты. Детёныши всё равно возвращались. Цеплялись. Искали защиты у того, кто их калечил. Харлоу записывал всё. Публиковал результаты. Научное сообщество рукоплескало.

Он забирал новорождённых от матерей сразу после родов и растил в изоляции. Через год выпускал к сородичам. Обезьяны сидели в углах, кусали себя, нападали на детей, были неспособны к социальному контакту. Самки, выросшие в изоляции, став матерями, убивали собственных детёнышей или игнорировали их. Материнский инстинкт умер вместе с первым прикосновением, которого они никогда получили.

В 1970-х годах аспиранты Харлоу начали ломаться. Один ушёл из науки, заявив, что больше выносить эти крики способности имеет. Другие молчали, продолжали. Харлоу пил. Его жена умерла. Он впал в депрессию. Прошёл электрошоковую терапию. Вернулся в лабораторию и продолжил эксперименты — теперь уже изучая депрессию, калеча обезьян изоляцией, чтобы понять своё собственное состояние.

К концу жизни Харлоу стал изгоем. Движения за права животных использовали его работы как символ научной жестокости. Его эксперименты легли в основу законов, запрещающих такие исследования. В 1985 году вышли новые этические стандарты для экспериментов с приматами. Повторить то, что делал Харлоу, стало юридически невозможным. Навсегда.

Парадокс в том, что его работа изменила мир. Доказательства, которые он получил через пытки обезьян, революционизировали психологию развития, теорию привязанности, понимание детских травм. Больницы перестали изолировать младенцев от матерей. Приюты начали обучать персонал физическому контакту с детьми. Миллионы детей выросли в лучших условиях благодаря знаниям, купленным страданием обезьян.

Гарри Харлоу умер в 1981 году. Последние обезьяны из его лаборатории прожили до 1990-х в специальных приютах для травмированных приматов. Многие так и остались сломанными — раскачивались, избегали контакта, смотрели в пустоту. Живые памятники эксперименту, который доказал: любовь важнее еды. Прикосновение важнее выживания. И что цена этого знания бывает чудовищной.

[Mihalis]

Пьющий ёж – горе в семье!
В Средние века венгерские крестьяне, чтобы избавиться от змей, кротов, мышей, крыс, жаб и прочих паразитов, весьма вредных для сада и огорода, не знали лучшего средства, чем… пьяный ёж. Считалось, что в состоянии похмелья ёж становится ещё злее и беспощаднее к садовым вредителям и бдительнее охраняет от них участок, где обитает…

Крестьяне расставляли тарелки с пивом чуть ли не под каждым кустом. Ежи, большие любители этого алко, не заставляли себя долго ждать и в больших количествах собирались на участках. А собак крестьяне на ночь запирали, чтобы те не мешали ежам заниматься делом. Осенью, когда заканчивался сбор урожая, в Венгрии отмечали «День Пьяного Ежа», подобный дням сбора урожая в других странах Европы. Так что, страшнее пьяного ежа зверя нет!

[Mihalis]

Умер Большой дуб Шервудского леса - дуб Робина Гуда. После череды жарких и засушливых лет (особенно июля 2022 года, когда в Великобритании стояла жара 40°C) в этом году он не выпустил ни одного листочка. Королевское общество защиты птиц (RSPB), управляющее Шервудским лесом, официально объявило о гибели дерева.

Огромный дуб (обхват ствола 11 м, высота 28 м) прожил больше тысячи лет и породил множество легенд. Говорят, что он служил убежищем для Робина Гуда и его друзей, когда они спасались от злобного Ноттингемского шерифа.
Майор Хейман Рук, историк-любитель, описал это дерево еще в 1790 году, С тех пор тысячи людей ежегодно приходили на него посмотреть, 350 000 в год в последние годы. Хотя в 1970-х годах вокруг дерева был установлен защитный барьер, посетители настолько утоптали почву вокруг дуба, что в нее плохо проникала вода.

Прочие благие намерения тоже не способствовали его долговечности. В 1904 году для поддержки ветвей были установлены подпорки и металлические цепи. В 1912 году Эммелин Панкхерст и еще примерно 30 суфражисток регулярно забирались внутрь дерева для тайных встреч, что здоровью дуба никак не способствовало. В 1960-х годах полые части дерева были для поддержки заполнены бетоном, а ветви обработаны свинцом, затем стекловолокном и огнезащитной краской. Тоже не слишком полезно.

Только в 2018 году, когда Королевское общество защиты птиц (RSPB) взяло на себя управление Шервудским лесом, начались серьезные исследования. Было обнаружено, что ствол дуба истощается из-за перекачивания воды к внешним ветвям, которые искусственно поддерживались подпорками. Но подпорки уже нельзя было убрать, чтобы дуб не рухнул.

В течение последних трех зим RSPB осторожно проводило раскопки вокруг корней дерева, чтобы восстановить нормальную плотность почвы и жизнь микроорганизмов. Возвращение жизни в почву началось, но Большой дуб уже в прошлом году почти не дал листьев, а в этом году на нем не было даже почек.

200 лет туристов, пеших и автомобильных, изменения уровня грунтовых вод из-за добычи угля в лесу, значительные изменения климата, особенно в последние годы оказались ему не по силам.
Его оставят стоять, потому что мертвая древесина как среда обитания почти так же ценна для лесной жизни, как и живое дерево. Четверть всех лесных видов на каком-то этапе своего жизненного цикла зависят от мертвой древесины: насекомые, грибы, птицы, лишайники.

Признание дерева мертвым — сложный технический процесс, особенно для старых деревьев, подобных Большому дубу.
Для лиственных деревьев наиболее простой критерий — сезонный рост. Если дерево не выпускает листья весной, это очень тревожный сигнал.
Но это не обязательно означает смерть. В условиях сильного стресса старые дубы иногда могут пропускать сезон. Спящие почки могут сохраняться.

Слой камбия (расположенный непосредственно под корой) — это то, что поддерживает жизнь дерева. Если под корой находится зеленая, влажная ткань – дерево живо, с листьями или без. Если ткань коричневая, сухая, ломкая – эта ветвь мертва. Старые деревья часто погибают по частям, поэтому проверяют и ствол, и основные ветви.
Еще важно, проходит ли вода от корней к кроне, поддерживается ли внутреннее гидравлическое давление. Когда эта система разрушается, дерево не в состоянии себя питать.
И, конечно, корни. Если корни гниют или неспособны вытягивать воду из почвы, дерево обречено.

Впрочем, с деревьями все сложнее, чем с людьми.
Чтобы понять, умерло дерево или нет, за ним наблюдают несколько лет. Некоторые дубы могут пережить неблагоприятные годы, как бы впадая в спячку: они перестают выпускать листья, сокращают потребление воды и выживают на запасах энергии в почках, в корнях и в стволе. Если условия улучшаются (влажная весна, разрыхленная почва), они оживают.
У дубов есть один еще секрет выживания: крошечные «спящие» почки под корой, которые могут проснуться, если крона начинает редеть и умирать. Дерево, которое выглядит мертвым, может прорастить новые побеги из ствола и восстановить крону.

Так что, может, и Большой дуб оживет, и тень Робин Гуда вернется в свое привычное обиталище.

[Mihalis]

Сравнение астероида Чиксулуб диаметром около 10–15 километров с центром Нью-Йорка.

Его падение 66 миллионов лет назад образовало кратер шириной примерно 180 километров, вызвало глобальные пожары и резкое похолодание, став одной из главных причин массового вымирания, уничтожившего около 75% видов, включая динозавров.