Светлана-Тигра. Мои стихи и проза.

[Светлана-Тигра]

Создатель Миров, спасибо. ))

[Светлана-Тигра]

Чего кто хочет, ась?
_________________________


Чего многие мужчины действительно часто не понимают в женщинах?


А вот чего мужчины часто не понимают.


Не всякая женщина и не в любой момент готова подставить уши под их излияния.


А мужчины частенько именно этого от женщины и ждут - что она должна быть всегда готова с ним... поговорить.


На мужском языке это означает - в любой момент его, драгоценного, послушать.


Да ещё и поаплодировать и восхититься любым его бредом... пардон - любыми его соображениями и на любую тему.



То есть, оказать ему поддержку - в любой момент и по любому, бывает, что и по самому идиотскому поводу.


Как на кнопку нажать? Обломитесь. ))) При всём моём уважении к мужчинам как к неизбежному... э-э... добру этого мира.


Она, может, и не Эйнштейн и не Альфред Нобель. Она - обычная женщина.


НО: она просто хочет немножечко побыть в покое. Наедине со своими мыслями.


Со своими мыслями, ёлки, а НЕ с его рассуждениями!!


Поэтому - краткий курс. Учитесь, мужчины!


Хотите, чтобы она немедленно бросила свои женские (или просто человеческие) дела - и прониклась бы вашими делами и проблемами - "до дондышка"?


Послушала бы вас, разделила бы ваши эмоции и мысли, действительно стала бы вашей правой рукою, посочувствовала бы, поддержала бы вас?


Тогда так.


1. Не вламывайтесь, как слон в посудную лавку, в её комнату, кухню, на её веранду и т.д., где женщина ваша спокойно сидит, о чём-то думает - и вас, между прочим, первой НЕ трогает! НЕ вламывается к вам!


2. Не вопите с порога: "Дорогая, я тут подумал!.." - и т.д.


Она сидит тихо и сама о чём-то своём думает. О чём - это её дело.


3. Тихо и нежно позовите её по имени!!! Включите её внимание! И переключите это внимание на себя - осторожно и мягко, а не резко и грубо!


4. Прежде чем начать фонтанировать собственными идеями, ощущениями и состояниями - спросите, как она себя чувствует! И о чём она думает! И не помешаете ли вы ей?


А ведь простейшая, элементарнейшая мысль о том, что мужчина в принципе может женщине помешать, вообще обычно в мужскую голову не приходит!


И спросите её о том, готова ли она прямо сейчас подставить вашим мужским излияниям свои нежные женские уши - потому что нежные женские уши отнюдь не отменяют наличия критического ума и аналитических способностей у женщины. Особенно у современной женщины.



5. Короче - уважайте её.


Не просто уважайте её права как гражданки, как человека, как птицы Феникс и всякое такое.


Её уважайте. Вашу женщину. Лично уважайте! И - каждую секунду.
И оказывайте ей это уважение. Чтобы она ваше уважение реально ощущала.



Тогда, скорее всего, как-нибудь и... обойдётся.


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №126050104158

[Светлана-Тигра]

Реально жить можно только здесь и сейчас.

В прошлом живёт наша память, а в будущем - наше воображение.

(Рёнго Се).

[Mihalis]

Светлана,

[Светлана-Тигра]

Mihalis, спасибо. ))

[Светлана-Тигра]

ВАНЕЧКА.



Младший техник медленно завёл руки за голову, выдохнул – и резко их опустил. Но в ладонях он сжимал не легендарный шестизарядный револьвер полковника Сэмюеля Кольта, а пульт управления электронными приборами.


Ванечка любил старинные ковбойские фильмы-вестерны.


Подобные жесты, обозначавшие скорые и однозначные поступки положительных героев, занятых истреблением злодеев всех мастей, обычно приводили к нужным результатам. По крайней мере, в кино.


Коварные мерзавцы погибали, за редкими исключениями. А «хорошие парни», дунув после меткого выстрела в дуло верного кольта, убирали оружие в кобуру, целовали - в последний раз! - стройных красоток в длинных шёлковых платьях с кружевной оторочкой… И – всё! Вороные, рыжие или пегие скакуны резво уносили героев за линию горизонта - для свершения новых подвигов.


Ванечке недавно исполнилось двадцать лет, и подобные увлечения были ему простительны, как считал персонал космической станции «Звезда-16», сиявшей яркой точкой на орбите Юпитера.


Младший техник командовал целой армией электронных «малышей», как он их дружески называл.


Юркие «паучки» на тонких ножках сутками напролёт сканировали работу систем жизнеобеспечения. Мини-пылесосы убирали каюты, склады, коридоры. Разноцветные роботы-змейки ползали в воздуховодах и водопроводах, упреждая малейшие намёки на возможные неполадки.


Всем этим хозяйством, от электронной «начинки» автоповара до уровня громкости «пищалок» сантехнических установок, ведал Ванечка.


Приказы он получал от начальника, китайца Ю Ханя. А мозгами и руками работал с «малышами» сам, лично, как и положено было ему по судовой роли – по штатному расписанию.



Он любил роман древнего писателя-фантаста Айзека Азимова «Конец Вечности» и изречение автора о техниках.


- Без них-то можно обойтись, - повторял Ванечка слова Азимова своим «малышам» во время регулярных процедур ТО. – Без дипломатов, администраторов, распорядителей и прочих начальников. А без нас, техников, ничего само работать не будет!



Ванечка научил «малышей» откликаться разными голосами на команды, которые он им отдавал. Небольшие доработки в программах – и каждый приборчик отзывался на свой лад.

Пылесосы весело чирикали: «Чисто! Всё чисто!» - перед тем, как спрятаться в неприметных нишах переборок и стать на подзарядку.


Автоповар «Петя» солидным басом изрекал: «Обед подан, просим к столу!»



Ванечка усердно работал и не менее усердно развлекался - прямо на работе. И никому это не мешало. Напротив: Ванечка и его приборчики частенько смешили сотрудников станции, доставляя им приятные минуты отдыха и расслабления. Они и песенки пели, и плясали, и фокусы показывали, и кувыркались, как акробаты в цирке!



***



Ванечка проснулся счастливым: вчера за ужином в кают-компании ему наконец-то улыбнулась Юленька.



Станция «Звезда-16» не просто так вращалась вокруг Юпитера.



Имелась надежда войти в контакт с инопланетянами, чьи сигналы поступили на Землю около ста лет тому назад и с тех пор принимались регулярно. Система станций «Звезда», под номерами от единицы до шестнадцати, была создана усилиями всей планеты в рекордные сроки.



Вероятность первого контакта! Переворот в истории человеческой цивилизации!.. И всё такое прочее.



Наука ксенопсихология приобрела невиданное прежде значение. Так Юля оказалась на «Звезде-16» одновременно с Ванечкой. Полгода тому назад обоих молодых специалистов зачислили в состав экипажа. А пока контакта с инопланетянами не состоялось, Юля трудилась медсестрой под началом доктора Маклоя.



Улыбнулась она вчера за ужином именно Ванечке, лично, а не его шуткам и не забавным фокусам электронных «малышей». Подняла на него глаза – и улыбнулась, еле заметно, лишь уголками губ. Поэтому Ванечка и заснул, и проснулся совершенно счастливым.



Он даже забыл о том, что снилось ему этой ночью что-то ужасно неприятное. Ну, снилось и снилось. Мало ли что в подсознании временами происходит!



В восемь утра Ванечка бодро вскочил с койки, умылся, надел рабочий комбинезон и отправился на завтрак. Сейчас он увидит Юленьку!



Удивительно, но в кают-компании никого из девяти сотрудников станции не было.



Автоповар застыл у круглого стола, который командор Фёдоров называл «семейным». Растопырив механические «руки», он держал на весу герметичные сосуды с напитками и подогретые контейнеры с пищей. Похожий на огромного паука, «Петя» тщетно ожидал команд подать и налить то и это.



Первыми на завтрак прибегали молодые американцы, Анни Хард и Конвей Хадсон, ведавшие внешними коммуникационными устройствами станции, её «глазами» и «ушами». Случись намёк на нежелательное воздействие на «Звезду-16», они отреагировали бы моментально, бросив недоеденные сэндвичи с ветчиной и чашки с кофе.



Ю Хань, старший техник и непосредственный Ванечкин начальник, завтрака никогда не пропускал. Обед и ужин он мог проигнорировать, погрузившись в работу с головой. Обходился печеньем, орехами и зелёным чаем из личного термоса. Но завтрак для Ю Ханя был делом святым.



«Юленька любит на завтрак омлет и яблочный сок. Куда она пропала? А где Маклой, Путилин, Саарведрас?» - нахмурился Ванечка.



И куда подевался командор станции Павел Фёдоров? Эдакий молчаливый «медведь», с морщинкой меж густых чёрных бровей, но всегда готовый улыбнуться Ванечкиным шуткам и проделкам его электронных «малышей».



Ванечка сглотнул тугой комок, неожиданно возникший в горле, и скомандовал:



- «Петя», отключись, на подзарядку - становись!



Автоповар «Петя» опустил на стол термосы с кофе и чаем, сосуды с соками, контейнеры с едой. С тихими пощёлкиваниями втянул гибкие манипуляторы в гнёзда механического корпуса - и затих. Огонёк режима ожидания команд замерцал на его передней панели.



На станции царила полная, абсолютная, какая-то нечеловеческая тишина. Недобрая. Таившая в себе неведомые опасности.



Не слышалось ничего, кроме мягкого гудения вентиляции и прочих негромких технических звуков, давно ставших обычным жизненным фоном для членов экипажа.



Не доносились в кают-компанию ни привычные отзвуки споров Хард и Хадсона, ни мурлыканье врача Маклоя, самому себе под нос, ни голос связиста Саарведраса из рубки.



Щебета Юленьки из врачебного кабинета Ванечка тоже не услышал. А он уже так привык к её милому голоску - как к пению птиц на родной Земле.



Внезапно в этой неестественной тишине возник размеренный чёткий звук чьих-то шагов.



«Двое, - определил Ванечка. - Идут в кают-компанию... Топают строевым шагом? Что ещё за новости? Мы на своей станции, можно сказать, дома, так не ходим! Кто там?!»



***



В кают-компанию плечом к плечу вошли Анни Хард и Конвей Хадсон.



- Доброе утро, Ванечка! - сказали они хором.



Младшего техника поразило ужасно злобное выражение их глаз. Никогда ни Анни, ни Конвей так на него не смотрели! И ни на кого другого тоже.



Молодые ребята, обычные американцы, дружелюбные, радушные, компанейские, с чувством юмора. Очень симпатичные и неконфликтные, иначе бы их не взяли в состав экипажа. Собирающиеся пожениться после возвращения на Землю…



«Собиравшиеся!» - поправил себя Ванечка, похолодев с головы до ног.



Это не Анни и не Конвей! От них остались только оболочки. А что или кто засел у них внутри? Большой вопрос!



Похитители тел, как в старинном фантастическом фильме, который Ванечка не так давно смотрел? А может, инопланетяне, чьи сигналы Земля приняла сто лет тому назад и контакта с кем все с такой радостью ожидают? Или кто угодно другой?..



Дурной сон? Непохоже. Всё происходит на самом деле!



Что ж… Раз так, ему следует вести себя, как обычно. Но проверить всё же надо…



- Завтрак давно готов, - заставив себя улыбнуться, сказал Ванечка. – Анни, тебе сэндвич с ветчиной и кофе? А тебе, Конвей, тоже сэндвич… и зелёный чай?



Это была простейшая ловушка: Конвей Хадсон терпеть не мог этот напиток.



- Сэндвич и зелёный чай, - повторил лже-Хадсон.



- Сэндвич и кофе, - бесстрастно произнесла лже-Хард.



Ванечка перевёл дыхание, отвернулся и скомандовал:



- «Петя», выполнить заказ! Два сэндвича, один чёрный кофе, один зелёный чай.

- А вам что, Ванечка? – басом спросил «Петя».



- Стакан воды, - отозвался младший техник. – У меня нет аппетита.



- Вам следует показаться доктору, - укоризненно произнёс автоповар. – Я могу позвонить врачу Маклою или медсестре Юлии. Записать вас на приём?



- Позвони и запиши. После завтрака, - Ванечка принял из механической руки «Пети» стакан с водой и поднёс его к губам.



Откуда взялись чужаки, как проникли сюда? Что им надо? Станцию они, похоже, захватили… кем и чем бы они ни были.



Живы ли члены экипажа?!



«Юля… Нет! Не смей думать о ней!» - приказал себе Ванечка.



Стакан с водой он держал в левой руке. А пальцами правой, спрятанной под столом, младший техник проворно манипулировал пультом.



Усевшись подальше от автоповара, страшная парочка молча изучала Ванечку горевшими нечеловеческой яростью глазами.



Лица – те же, Анни и Конвея.



Выражения лиц – словно через мгновение они из Ванечки всю кровь заживо выпьют.



«Петя» поставил перед ними тарелки с аппетитными подогретыми сэндвичами, налил в чашки напитки, но оборотни не обратили на это никакого внимания.



- Ты – хитрый! – внезапно выпалила лже-Анни.



- Ты – понял! – каркнул лже-Конвей.



И – хором, торжествующе:



- Мы не Хард и не Хадсон!



- И что? – Ванечка очень надеялся, что его вопрос прозвучал так же бесстрастно, как звучали голоса неустрашимых несгибаемых шерифов из старинных кино-вестернов.



- Тебе всё равно? – лже-Хадсон попытался изобразить иронический смех.



Так могла бы смеяться стиральная машина над микроволновкой, если бы это пришло стиралке в то, что заменяет ей мозги. С диким скрежетом и совершенно бессмысленно, а уж звук – хуже не бывает.



- Пока не знаю, - Ванечка крепче стиснул в левой руке стакан с водой. – Может, и не всё равно. А что, есть альтернатива? Что вы можете мне предложить?



- Предложить?! – лже-Хард выпучила глаза. Глаза Анни, горевшие лютой злобой. Ничего человеческого в этих глазах не было.



- Ну да, предложить. Вы! Мне! Иначе зачем вы со мной говорите? Вот моё тело, оно сидит за столом, пьёт воду. Вы можете… забрать его себе. Как забрали других. Вы же всех уже подчинили себе, кроме меня? – Ванечка отпил глоточек воды. – Значит, я вам зачем-то нужен. Зачем? Отвечайте, я вас внимательно слушаю!



Два чуждых существа быстро переглянулись.



- А вам… а вас… а тебя, Ванечка, не интересует, кто мы такие, как сюда попали, почему мы вообще здесь появились? – спросил лже-Хадсон.



- Надо будет – сами объясните, - пожал плечами Ванечка, изо всех сил стараясь не выйти из роли непобедимого шерифа.



***



В такой страшный момент его – а может, и всех остальных людей на станции, и не только их! – могла спасти только хорошая актёрская игра. Ванечка нутром это чуял. Не могут пришельцы за такое короткое время постичь всю глубинную суть людей! Они даже говорят странно – то плавно и без запинок, то спотыкаются на простейших земных выражениях.



Если эти твари, вселившиеся в тела Хард и Хадсона, не телепаты, ещё остаётся возможность выручить и станцию… и Землю.



- Объясняем, - лже-Хард отодвинула тарелку с нетронутым сэндвичем. – Ты ночью ничего не почувствовал?



Ванечка смочил губы водой. Содержимое стакана ему бы надо растянуть на максимально долгое время…



- Я спал очень крепко, - вымолвил Ванечка. – А что?



- Что тебе… как надо сказать… соснилось? – спросил лже-Хадсон.



- Приснилось, - поправил пришельца Ванечка и соврал: – Ничего не снилось. Дрых без задних ног!



«Теперь понятно, почему я видел такой дикий сон!» - подумал Ванечка.



Оба чудовища вдруг резко нагнулись и посмотрели под стол, на его ноги. Ванечка едва успел спрятать пульт в правом рукаве комбинезона.



- У тебя все ноги целые, ты нам врёшь! - с угрозой проскрежетала лже-Хард.




- Это фигура речи, - попытался объяснить мерзким гадам Ванечка. – Идиоматический оборот! Когда вы расширите ваш словарный запас, научитесь понимать земные шутки.



- У нас нет времени на шутки, - брюзгливо отозвался лже-Хадсон. – Ночью мы открыли возле вашей станции червоточину, точку перехода. Ты понимаешь такие вещи?





Струйки холодного пота потекли по спине младшего техника под комбинезоном. Ванечка машинально кивнул. Мол, да, он такие вещи понимает.



- Таких точек во всех Вселенных очень мало, их надо уметь доделывать. Досверливать, чтобы прорвать самый тонкий и при этом – самый прочный слой фактуры пространства-времени. Мы долго работали, и, наконец, продырявили его! – с дьявольским торжеством воскликнула лже-Хард, и глаза её заполыхали адским пламенем, а губы растянулись в жуткой торжествующей гримасе.



– Сто ваших лет мы вам «маячили» сигналами… О! Это слово явилось из мозга владельца тела… странное выражение, - хмыкнул лже-Хадсон. – Вы начали строить станции в космосе. Но только в одном секторе возле Юпитера пространство обладает такой редкой структурой для создания червоточины. Чем мы и воспользовались. И вот мы здесь!



- И вот вы – здесь, - автоматически повторил Ванечка. – И я вам зачем-то нужен! – он вспомнил о своей роли. – Вас здесь, на станции, только двое? А… наши… люди… вы их уже…



- Они спят в своих каютах, - ответила лже-Хард. – И эти двое, чьими телами мы сейчас пользуемся, тоже как бы спят. Они не повреждены. Если мы покинем их туловища, они проснутся здоровыми. Значит, ни ты, Ванечка, ни все они, тоже спавшие без – как это? - без задних ног, ничего не почувствовали? А мы смяли пространство, как лист вашей бумаги, потом расправили, опять сложили, как нам надо было, и вошли в точку перехода! И просочились на вашу станцию!



- Я тоже мог бы сейчас спать! – Ванечка изобразил лёгкую обиду, продолжая незаметно, на бешеной скорости, работать с пультом. – Пока вы играли в оригами с пространством!



- Но ты нам и правда нужен, - неохотно признал лже-Хадсон. – Мы есть специалисты высоких категорий, у нас большие звания и полномочия. Для простых и тяжёлых работ нам требуются подрузьятельные… нет, подручательные существа! И будут ваши большие деньги от нас – тебе.



- Подручные, - машинально поправил захватчика Ванечка. – Я так и понял. Что делать-то?



- То, что ты делал тут всегда. Следить, чтобы были воздух, вода, чистота, еда. И никакой связи с Землей – или мы выбросим тебя в космос, как мусор! – и лже-Хард выразительно помахала пальцем руки Анни перед Ванечкиным носом.



- Кстати, о мусоре, - Ванечка убрал пульт в кобуру, похожую на револьверную, которую не так давно смастерил в часы отдыха. Поднялся и положил ладони на столешницу, демонстрируя пришельцам свою полнейшую открытость. – По графику работ, я скоро должен буду отдать команду на выброс контейнеров с отходами из камбуза и прочих помещений станции. Возражений нет?



Пришельцы вновь переглянулись, и лже-Анни, явно главная в этой парочке просочившихся на станцию агрессоров, неохотно процедила:



- Нет возражений.



- Только вначале я должен убедиться, что мои товарищи живы и здоровы. Иначе вам самим придётся выполнять все простые и тяжёлые работы. Даже самые неприятные. Это – моё единственное условие, - тихо проговорил Ванечка.



- Единственное? – лже-Хадсон прищурился. – А деньги? У вас же есть такие вещи, как деньги?



- А деньги вы мне уже пообещали заплатить – чуть раньше! - усмехнулся Ванечка. – И у меня против этого тоже не было возражений.



Пришельцы повернули головы и на минуту-другую замерли, уставившись друг другу глаза в глаза. Похоже, они мысленно совещались?..



«Телепаты… но мысли людей читать не могут! – Ванечка потихоньку перевёл дух. – Ну, держись! Если они врут и все наши захвачены или мертвы…»



***



- Идём, подручник. Проверишь. Все спят! - проскрежетала лже-Анни.




И Ванечка пошёл проверять. А что ему было делать?



- Открыться, - произносил Ванечка, и двери кают, реагируя на звуки его голоса, плавно уезжали в ниши переборок.



Да, спали все. Но сон их не походил на человеческий.



Ю Хань неподвижно лежал на спине, маленький, плоский и жёлтый, каким он никогда ещё не выглядел, похожий на давно увядший осенний листок.



Доктор Маклой застыл в нелепой позе поверх одеяла, подвернув под себя левую руку, будто внезапно свалился в обморок.



Ноги связиста Саарведраса свесились на пол, голова его съехала с подушки, дыхание с громким свистом вырывалось изо рта.



Из левого уголка рта астрофизика Путилина, свернувшегося под одеялом в клубок, вытекала тонкая блестящая струйка слюны.



Командор станции Фёдоров громко храпел, сидя на откидном стуле, уткнувшись лобастой медвежьей головой в сложенные на столике руки. Заработался, как всегда, не успел лечь…



В Юленькину каюту Ванечка заглянул в последнюю очередь. Именно потому, что хотел сделать это сразу, но запретил себе.



Он смотрел на любимую – и не узнавал её.



Девушка лежала на койке в неловкой позе, будто сломанная злым ребёнком кукла, брошенная за ненадобностью. Её русые короткие волосы растрепались, футболка сбилась в складки на плечах. Одеяло валялось на полу. Юля слабо постанывала, пребывая в дурманном бреду, наведённом на неё захватчиками.




- Видишь? Они спят, - рявкнул лже-Хадсон над Ванечкиным ухом. – С ними этот… полный океюн!



- Это не так говорится, - еле вымолвил младший техник. – Хотя, мне уже без разницы….




- Тебе нужна эта Юлия? Ты желаешь себе её любви? – проскрежетала над другим Ванечкиным ухом лже-Хард.


- Да, - честно ответил Ванечка. – Но… не так. И не такую!



- А вот такую? – в один голос спросили чудовища.



Юля внезапно резко поднялась с койки и, широко открыв глаза, в которых не было ни тени мысли или чувства, накинулась на Ванечку с жаркими поцелуями. Она превратилась в зомби, оживлённого недобрыми волшебниками!



Ванечка в ужасе отпихнул её от себя. Девушка, переставшая быть Юленькой, рухнула на пол всем телом и замерла, как парализованная. В падении она задела столик, и на её щеке заалела свежая царапина…



- Не хочешь такую? Мы её выключили, не бойся, - снисходительно каркнул лже-Конвей.



– Вы же обещали, что все будут спокойно спать! Соврали? – Ванечка отступил на несколько шагов в коридор.



- Что мы кому обещали, то диктуется нашей моралью, а не вашей! – жестяным смехом раскатилась лже-Анни.



- Я не хочу быть вашим подручным, - твёрдо заявил Ванечка. – Хоть кожу с меня сдерите - не хочу. И не буду! Сами мусор выбрасывайте!



- И сдерём, Ванечка! – с нечеловеческой радостью объявила лже-Анни. – Вы, земляне, примитивные создания низшего порядка, ещё пожалеете, что отвергли нас! А ведь сами отозвались на наши сигналы!..



Захватчики двинулись к парню…



Но тут Ванечка выхватил из кобуры пульт и завёл руки за голову.



- Вперёд, «малыши»! – приказал он.



Мгновенно открылись неприметные люки в переборках, в полу, на потолке. И крошечные электронные устройства облепили захваченные пришельцами тела бедных Анни Хард и Конвея Хадсона с головы до ног.



Ванечкины «малыши» резали и кололи, щипали чужаков электрическими разрядами, рвали комбинезоны, впивались в тела…



Пришельцы жутко закричали, завыли, заскрежетали. Но было поздно: алая человеческая кровь, смешанная с какой-то щипящей, вонючей, дымящейся фиолетовой жидкостью, хлынула из их ран.



- Не вам, гады, оценки землянам давать и указывать, о чём мы пожалеем, а о чём – нет! Провалитесь вы ко всем чертям! – это были последние Ванечкины слова перед тем, как он отдал решающую команду...



И Ванечки не стало. Как и «Звезды-16». Младший техник подорвал станцию: вместе с собой, с Юленькой, с членами экипажа - и с захватчиками.



На орбите Юпитера на короткие мгновения словно вспыхнула ярчайшая новая звёздочка…



Не было у Ванечки другого выхода. И рассчитал он всё с предельной точностью: червоточина, просверленная пришельцами, закрылась – навсегда. Взрыв её надёжно «запаял». Через это место больше никто и никогда в Солнечную систему не проникнет!



Контейнеры с мусором, в которых по команде Ванечки укрылось множество электронных приборчиков, тихо и спокойно плыли к Земле через космические просторы. «Малыши» на всех частотах передавали видеозапись произошедшего всем станциям системы «Звезда» и спасённой им родной планете.



Не всякий контакт обещает стать дружеским. Так что не теряйте бдительность, люди Земли!


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №226051401537

[Светлана-Тигра]

Проведи день как...
Светлана Догаева
1. Женщины! Проведите свободный день, как его проводят мужчины!


Наденьте любимую драную майку и промасленные штаны, которые ваша "вторая половинка" никак не может уговорить вас выкинуть, и повозитесь в гараже. Потом можете принять душ. Если пожелаете.


Или затейте шашлыки!!! С друзьями. "Мы будем петь и смеяться, как дети!" - © - так что можете громко хохотать и петь душещипательные песни. Никто вас не осудит!


Сходите на рыбалку. Неважно, что вы поймаете мутанта с четырьмя глазами и тремя хвостами, которого даже бродячему коту отдать страшно, - вы с пользой потратите своё личное время не на что-то полезное, а просто в своё удовольствие.


Попейте пива.


Ещё попейте пива!


Сыграйте с приятелями по двору в футбол или в домино. Или в "66"! Или даже в покер. Играть лучше на спички или на щелбаны. На деньги НЕ НАДО играть - это придаст отдыху видимость зарабатывания "левых" денег".


Посмотрите футбол, лёжа на диване и попивая пиво.


Не слушайте, что вам говорит "вторая половинка". Потому что ничего экстремального, слава Богу, не случилось, и "Европа подождёт!" - ©.


Возьмите бутылку пива. Садитесь перед компьютером. Или залезьте в телефон. Или включите планшет. Пейте пиво и пишите на форуме. Пишите - что угодно, но искренне - пиво располагает к искренности душевных излияний! )))


Неважно, что пальцы попадают не в те буквы - ещё не вечер, и пока что вас более или менее понимают, разбирают, что вы там пишете.


Засните на диване или в компьютерном кресле - потому что вы попили очень хорошего вкусного пива, и вам стало хорошо!


2. Мужчины! Проведите свободный день, как его проводят женщины!


Для начала: накануне перевоплощения отправьте детей... куда угодно. К маме, к тёте, к чёрту лысому. Хватит с вас этой суетни, беготни и воплей!


Встаньте с постели, когда захотите.


Если захотите, можете сделать зарядку.


Если захотите, можете приготовить завтрак для "второй половинки".


А не захотите - так и не готовьте. Не маленький, сам может заказать вкусную вредную еду в Сети! Или отправиться во "Вкусно, и точка!" Один раз никого холестерином не прикончит.


Примите душ.


Ещё раз примите душ.


Попробуйте новый крем для лица, для тела, для рук, или лак для ногтей, или что угодно. Новый шарфик попробуйте приложить к той одежде, которая у вас имеется, и решите уже, наконец, будете ли вы этот шарфик носить или подарите его вашей самой вредной знакомой - пусть она помучается!


Выпейте соку, чаю, кофе. Если очень хочется, съешьте тостик. Или варёное всмятку яичко. Или полную тарелку любимой еды. Неважно это. Важно, чтобы вам было хорошо.


Ваша "вторая половинка" засел(а) в гараже или завис(ла) у компьютера, или отправилась на рыбалку - удить чудовищ-мутантов? Очень хорошо! Вы можете поваляться в креслице на балконе, или в шезлонге в саду, или просто на собственной кровати ещё какое-то время и помечтать - о чём угодно. Или о ком угодно. Это несущественно, главное - чтобы вам было хорошо.


Если вы болтливы, можете позвонить подруге. Двум. Трём. Десяти. Ну, дальше всё ясно - обед запоздает.


Можете вместо трёпа с подругами почитать книгу - с тем же результатом: обед запоздает.


Но это неважно, потому что "вторая половина" уже вернулась из гаража, с рыбалки, из "Вкусно, и точка!" и затеяла шашлыки!


Наблюдайте, но не вмешивайтесь, иначе вам вновь придётся в ваш свободный день мыть посуду и убирать всё это послешашлычное безобразие.


Но свою личную порцию - съешьте. Один раз никого холестерином не прикончит - помните?


Уйдите ото всех. Сядьте или лягте. Включите - или не включите - любимый фильм (сериал, ток-шоу, познавательный канал, что хотите). Не хотите - не включайте! Главное - чтобы вам было хорошо. И чтобы никто не нарушал ваш личный ритм жизни!



Задремлите на диване, в подвесных качелях, в кресле-качалке под нестройные, но искренние и душевные песнопения "второй половинки" и его друзей, жадно пожирающих шашлыки...


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №226052100966

[Создатель Миров]

[Светлана-Тигра]

Категории женщин-скандалисток

Светлана Догаева

1. "Мозгопилка".


Выносит мозг мужчине. Вообще, мужчинам, и не только им - всем окружающим.


Девиз: "Всё не то, всё не так!" - по её мнению.


И - пилит, пилит, пилит. Хладнокровно, упёрто, на одну и ту же тему. Пока не допилит и не останется с кучей опилок.


Таких обычно можно распознать достаточно быстро - и не связываться с ними.
Они не просто на "своей волне" - они "на одной струне".


2. "Мозгокюйка".


Пробуждается к активности внезапно, обычно - по любому мелкому поводу.


Долбит в одну точку, пока не обессилит. Тогда начинает взывать о помощи - со стороны того, кому и проклёвывает мозг.


Девиз: "Ты не понимаешь, О ЧЁМ я тебе говорю уже 3 часа подряд!"


3. "Ласковая стерва".


Девиз: "Милый, всё хорошо... но вот ЭТО, вот ЭТО и ещё вот ЭТО тебе надо сейчас же исправить! Иначе тебе придётся меня похоронить!"

Обволакивает.


Потом - начинает нажимать. И выжимать "апельсиновый сок" из мужчины.


Затем отбрасывает кожуру и разочарованно говорит:


- И это - всё, на что ты способен?!


Очень опасны - именно предварительным ласковым обволакиванием.


4. "Дровосек".


Говорит сразу и всё. Бескомпромиссно. Если ей что не по ней - рубит личную правду-матку прямо в мор... в физиономию мужчине.


Такая Настя Каменская в костюме дровосека.


Разрубит мужчину на мелкие кусочки - и даже не заметит этого. Сложит из обломков костёр неутолимой страсти и потребует немедленного удовлетворения всех её хотелок.


Работает без кислородных подушек и прочих лирических прибамбасов.


Если мужчина выживет после её атаки - стало быть, он - настоящий мужик! Не выживет - в костёр.


У неё и так полно дел, чтобы с каждым порубленным возиться.


*******


Есть и другие категории. Например, "Придира", "Всепрощенка с эффектом запаздывания", и т.д. Позже напишу... )))


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №226060200875

[Создатель Миров]

[Светлана-Тигра]

Моя точка на карте

Светлана Догаева

***

Мой город - не просто точка на карте, а место, где я чувствую себя дома.


"Москва... Как много в этом звуке для сердца русского слилось, как много в нём отозвалось!" - (С) - А. С. Пушкин.


Тихая - и громкая, суетливая - и лиричная по вечерам, когда на набережной Москва-реки загораются огни, и только шаги влюблённых мягким отзвуком улетают в небо...


"Москва слезам не верит, Москва бьёт с носка", - как говаривали при Иване Калите.


Но Москва верит сердечным порывам и платит за добро - добром, за зло - злом, и обижаться на столицу бессмысленно: как ты к Москве - так и она к тебе.


Жить в Москве - это значит любить её до слёз, любить - всякую: с её толпами и суетой, с её уютными заповедными уголками, с её историческими местами, с народными гуляньями, с рассветами и закатами, с боем часов на Красной площади и с гудками теплоходов на Москва-реке.


Если ты родился в Москве - тебе повезло, а дальнейшее зависит только от тебя: сумеешь ли ты в ней пробиться и стать её неотъемлемой частью, не просто по рождению, а по личным заслугам.


Если ты в Москву приехал жить - удвой свои силы и способности, ритм столицы давно сложился, и дело не в том, что этот ритм - быстрый, а в том, что он - глубокий, как подземный гул метро, и этому ритму приехавшему придётся соответствовать.


Если Москва тебя приняла, всего, такого, каков ты есть, - тебе повезло и вдвойне, и втройне.


А люди-то в Москве - хорошие!
)))


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №226060301065

[Mihalis]

Светлана, супер!

[Светлана-Тигра]

Mihalis, спасибо! )))

[Светлана-Тигра]

Облака на рассвете
______________________________

Светлана Догаева

***

Облака на рассвете летят и плывут,
За собой облака меня в сказку зовут:
"Будет там хорошо, все там смогут дышать,
И никто эту сказку не сможет отнять".


Небо заворожит, унесёт меня вдаль,
И исчезнут тогда и тоска, и печаль...
Я хотела бы облачком призрачным стать,
Чтоб над миром в покое и счастье летать.


Только ветер, простор, только чистый полёт!
Не пригнусь я к земле! Пусть никто не поймёт!
Я лечу, я - свободна, и эта земля
Взглядом ждущего счастья проводит меня.


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №126061207721

[Mihalis]

Светлана, как всегда, отлично!

[Светлана-Тигра]

Mihalis, спасибо.

[Светлана-Тигра]

Сказка на три фразы

Светлана Догаева

Стоит камень у дороги. Дорога на три стороны расходится. На камне выбита надпись:

"Налево пойдёшь - педерастом станешь.
Направо пойдёшь - маньяки нападут, ограбят и зарежут.
Прямо пойдёшь - в сумасшедший дом попадёшь.

НИКУДА НЕ ХОДИ!
ВОЗВРАЩАЙСЯ ДОМОЙ - ЖЕНА УЖЕ ЗАЖДАЛАСЬ!
ПОЛУЧИШЬ СКОВОРОДКОЙ ПО ГОЛОВЕ, НО ЖИВЫМ ОСТАНЕШЬСЯ!"

(экспромт)


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №226061801179

[Светлана-Тигра]

Песня дождя

Светлана Догаева


Лето на дожди богато: то гроза, то дождь грибной.
Небо плавится закатом… Рука об руку куда-то,
Как всегда – и как когда-то - под дождём идём с тобой.


Я в ладошку собираю эту летнюю капель,
Жажду жизни утоляю – я с тобою, мы гуляем,
И в дожде я различаю: скрипку, альт, фагот, свирель…


Затихают мягко звуки, дождь уплыл в другие дали,
Где его так долго ждали. Только белые берёзы
На ветру полощут косы, добавляют влаги росам –


Чтобы травы прорастали, чтоб цветы не засыхали,
Чтобы жизнь круговоротом шла – и вечно не кончалась,
Чтобы влюблённые встречались – под дождём, в снегах, под солнцем…


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №126062000463

[Светлана-Тигра]

Акростих на слово сомнение
_____________________________
Светлана Догаева
____________________


Сумерки мягко подкрались, тихо листва шелестит.

О чём она шепчет, трепещет, о чём, храня тайну, молчит?

Мне мил этот ясный вечер... ввысь улетаю душою...

Небо украсил месяц, звёзды полны покоя...

Еле заметно вечер в ночь переходит - плавно,

Нет у меня сомнений - я знаю самое главное.

Истина - вот она, рядом: снаружи, внутри, повсюду,

Если захочешь верить - приобщишься к жизни, как к чуду.


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №126062904845

[Светлана-Тигра]

Каникулы без отпуска
Светлана Догаева
Рассказ получил первое место на сайте писателей-фантастов.


***


Сашка позвонил, когда я заканчивал финансовый отчёт.



- Всё, - с натужной радостью выпалил он, - нас с Иркой почти уже развели! Где напьёмся?



- Где тебе угодно, - отозвался я.



Значит, это всё же случилось. Жаль. Ребята были хорошей парой, на взгляд многих их друзей, в число которых вхожу и я. Хотя люди с похожим темпераментом способны устроить друг другу реальный ад, что и произошло.



- Ж-жду тебя в «К-коньке-горбунке», - и Сашка отключился.



Он уже начал отмечать! Надо поторопиться, иначе потом придётся волочь его домой на себе.



Я убрал папки, скинул отчёт на флешку, выключил компьютер и поехал в наш любимый ресторанчик.



Сашка ронял пьяные слёзы в пиво, «лакируя» его коньяком. Закусок, кроме надкушенного сэндвича, на столике перед ним не наблюдалось.



- Ирка… она такая… - забормотал он, когда я уселся напротив. – А, что я теб-бе рассказ-зываю… ты и с-сам з-знаешь, Юрк…



- Давай-ка бифштексы закажем, - предложил я.



- Всё равно… Б-бери, что хочешь… - Сашка махнул рукой, едва не сметя со столика солонку. – Самое смешное, - он внезапно протрезвел, - что шеф решил дать мне отпуск на десять дней. На фига мне теперь этот отпуск – без Ирки?!



- Помнишь Борисовых? – спросил я. – Они три раза разводились и вновь женились. Вся наша компания только руками разводит, на них глядя.



- Сумасшедшие люди. С Иркой этот номер не пройдёт… Что-то я раскис. Надо выпить! – Сашка щёлкнул пальцами, подзывая официанта. – Гулять будем! Чёрт побери всё на свете!..



Мне удалось впихнуть в него бифштекс, так что на ногах мой друг кое-как держался, когда мы собрались уходить.



- Побудь со мной сегодня… - попросил Сашка. – Не хочу сидеть в квартире один. Ир-р-ка… уехала к маме… Они, ж-женщ-шины, всегда так делают – мчатся к мамочкам под крылышко! Теперь только в ЗАГСе увидимся… через два месяца, в день… р-расторжения бр-р-рака! Г-гадство… А мы посидим с тобой, пог-говорим… в шахматы сыграем…



- Побуду, конечно. Погоди, я такси поймаю, - отозвался я.



Ни в какие шахматы мы играть не стали – войдя в квартиру, Сашка резкими движениями сорвал с себя пиджак, нога за ногу доплёлся до спальни и рухнул на кровать.


Я снял с него ботинки, прикрыл друга покрывалом, ушёл в кухню и кое-кому позвонил.



***



- Почему у меня нет похмелья? – утром Сашка обжигался горячим ароматным чаем и хлюпал носом. – Мне должно быть ещё хуже! Это же я во всём виноват! Я сейчас Ирке позвоню… я ей скажу… - и он потянулся к мобильнику.



- Никто ни в чём не виноват, - я осторожно вынул телефон из его пальцев, - а звонить Иринке пока рано. Ты сказал, что тебе дали десять дней отпуска?



- Дали, - с отвращением подтвердил Сашка. – Шеф «вошёл в моё положение», как он выразился. До-обрый у меня издатель!.. К тому же, я сдал рукопись раньше срока… И что мне теперь – в квартире сидеть эти десять дней? Или бегать под окнами Иркиной мамочки и выть по ночам на Луну? Я ни слова написать не могу. Голова пустая, как барабан!



- Можем поехать в одно хорошее место. У меня-то график свободный, как ты знаешь. Там тихо, спокойно… Я тебя туда ещё не возил. Сам отдыхал в прошлом году, понравилось, - предложил я.



- Куда ещё? – Сашка подпёр щёку ладонью и тоскливыми глазами брошенной собаки уставился на меня.



- Это нечто вроде туристической базы. Или пансионата. На реке Уште, во Владимирской области. Я там в прошлом году неделю провёл. Отъелся, нагулялся, отоспался на год вперёд, - сообщил я.



- Удочки-крючочки, рыбки-комарики? В принципе, я не против… чего мне тут сидеть-то… в разгар лета… - Сашка обвёл взглядом стены кухни, увидел Иринкину вышивку в рамочке над столом - три весёлых щенка играют с красным мячиком, - и лицо его сморщилось, как у ребёнка, готового заплакать.



- Тогда пакуйся, потом заедем ко мне, я свои вещи соберу, - заявил я. – Удочки не забудь, они за шкафом в комнате.



- Погоди, там же, наверное, надо заранее места заказывать? – удивился Сашка.



- Ничего не надо, туда в любое время приехать можно. Местечко мало кому известно, а я не такой дурак, чтобы его рекламировать кому попало, - засмеялся я.


***


Так мы оказались на туристической базе «Станция» на реке Ухте.



Места там и правда сказочные. Чем-то на Карелию похоже – розовый песок на маленьком пляжике, сосновый бор по обоим берегам реки. Фантастические закаты и рассветы… Речка Ухта, приток Бужи, плавно огибала территорию базы, радуя слух тихим плеском мелких волн.



Народу в эти июльские дни здесь было немного, человек пятнадцать – двадцать, от силы. В общей столовой можно было при желании с кем-то познакомиться, а если такого желания не возникало – сиди сам по себе за столиком. Никто никому не мешал и не навязывался – на «Станции» это не принято.




По вечерам устраивали дискотеки, или на большой веранде главного гостевого дома, или, при хорошей погоде, на поляне перед административным корпусом. Опять же, хочешь – иди танцуй, не хочешь – делай, что пожелаешь. Музыку играли вполне спокойную, на весь лес не громыхали, и в одиннадцать вечера дискотека заканчивалась.



Интернета тут не было, мобильная связь тоже отсутствовала. «Тишина и покой, крепко глазки закрой»… Идиллия для жаждущих уединения, но с приятными благами цивилизации: с чистыми простынями, с современными душем и туалетом, с телевизорами и холодильниками в комнатах. Телевизор, впрочем, ловил только несколько каналов, и то, еле-еле. А вот холодильник работал исправно.



Мы с Сашкой ловили рыбку, бродили по лесу. И за грибами, и просто так. Погода стояла как на заказ. И улов, и грибы, крепкие июльские белые второй волны, можно было отдавать на кухню, чтобы из этой добычи для нас специально приготовили блюдо на заказ. Другие отдыхающие тоже так делали, а иногда собранное и пойманное шло в общий котёл.



Раза два Сашка просил меня – оставить его одного. Я всё понимал и уходил подальше. Хотя и не выпускал друга из поля зрения, стараясь, чтобы он меня при этом не видел.



А на третий день…



***



Сашка ушёл вперёд по тропинке, а я задержался, чтобы сфотографировать очень красивую бабочку. Она сидела на белом цветке, её алые крылья трепетали в мягком ритме, я залюбовался, поздоровался с ней…



И вдруг раздался дикий крик – на весь лес! Даже не крик, а вопль!



Я вздрогнул и чуть было не уронил фотоаппарат.



Орал Сашка! И бежал в мою сторону, бешено размахивая руками. Бейсболка слетела с его головы и шлёпнулась на тропинку, но он этого не заметил.



Ещё через секунду я услышал громкий топот, причём, со всех сторон сразу, как мне показалось.



Сашка с выпученными глазами наскочил на меня, чуть не сбив с ног, и гаркнул мне прямо в ухо:



- Там… медведи!



- Где, где, где?! – несколько голосов отдыхающих, прежде невидимых нам, бродивших в лесу по смежным тропинкам, взорвались в ушах. Граждане выскочили из кустов и окружили нас плотным кольцом.



- Там, там! – Сашка тыкал трясущейся рукой в ту сторону, откуда прибежал. – Там их штук пять или больше! Огромные такие!..



- Ничего удивительного, это же лес, а в той стороне – дикий малинник, - сказал какой-то толстяк в спортивном костюме. – Надо администратору сообщить, пусть знак на тропинке поставит, чтобы никто туда случайно не забрёл.



- Знак?! И всё?! – возмутился Сашка, переводя дыхание. – А если они на базу заявятся? К мусорным контейнерам, например?



- Всё будет в прядке, - толстяк почему-то посмотрел не на Сашку, а на меня, и кивнул. – Не заявятся. Можно ревуны расставить повсюду. Медведи боятся громких звуков. Наступят на машинку лапой, ревун сработает, медведь и убежит!



- Я, знаете ли, тоже громких звуков боюсь, - мрачно произнёс Сашка. – Особенно – по ночам!



- По ночам мишки спят, - засмеялся толстяк. – Как и люди. Кстати… вы, случайно, не писатель Александр Щеглов? А вы, - толстяк взглянул мне в глаза, - свободный журналист Юрий Морошин?



- Да, - хором ответили мы с другом, причём Сашкин голос прозвучал раздражённо. Не в том он был состоянии, чтобы радоваться, что его узнали в таком тихом медвежьем углу.



- Очень приятно. Васильев Антон Петрович, бухгалтер. Не бойтесь мишек, они тут спокойные, - толстяк улыбнулся нам и потопал к базе.



- Хорошо хоть, автограф не попросил, - буркнул Сашка, провожая Васильева взглядом. – «Не бойтесь мишек, они тут спокойные!» - передразнил он толстяка. - Юр, ты уже здесь бывал, а медведей в лесу видел тогда?



- Не припомню что-то, - ответил я. – Но, думаю, беспокоиться особо не из-за чего. Подбери-ка свою шапочку, что ей на тропинке делать? И пошли-ка пообедаем.



Ворча себе под нос, Сашка вернулся чуть назад и забрал бейсболку, валявшуюся на тропинке.



***



После встречи с медведями Сашка словно бы проснулся. Или очнулся. Стал обращать больше внимания на всё окружающее.



- Слушай, Юр, - спросил он меня вечером того же дня, - а почему тут все отдыхают без детей?



- Так сложилось, видимо, - пожал я плечами. – Детям тут было бы скучно. А шуму от них – много. Здесь все тишину ценят.



- А как ты узнал об этом местечке? – не отставал друг.



- От кого-то в редакции, помнится… - задумался я. – Точно не скажу.



- Мало народу… - Сашка устремил взгляд поверх верхушек могучих сосен, в вечернее аквамариновое небо, тронутое по краям лазоревым цветом, с розовыми отблесками на высоких облаках.



- Тайное место! – с пафосом воскликнул я, поднявшись с обрубка сосны, выпятив грудь и широко разведя руки в стороны. – Как я тебе ещё в Москве сказал, кто тут хоть раз побывал, рекламировать базу не будет. Иначе её заполонят толпы туристов, и как раз с детишками. А тут и так хорошо! Верно же? Тебе тут хорошо?



- Хорошо… - как-то замедленно отозвался Сашка. – Я и не думал, что такие тихие уголки ещё где-то остались… Как же мир может быть прекрасен… - он вдруг смутился от своих высокопарных, как он думал, слов.



- Да. Прекрасен, - тихо отозвался я, боясь нарушить его минутное настроение.



- Завалюсь-ка я в коечку, - вдруг непоследовательно сказал мой друг и широко зевнул. – Встреча с мишками меня встряхнула, а теперь я спать захотел… Надеюсь, медведи ночью никому в гости на базу не явятся!



- И вампиры тоже не прилетят, - в тон ему ответил я. – Спокойной ночи. А я ещё посижу. Больно уж вечер хорош!



***



Просидел я на обрубке брёвнышка до глубокой ночи. Все отдыхающие давно спали в своих кроватях. Сашка тоже дрых, конечно.



Си, друг, спи. Когда-нибудь ты узнаешь правду…



Луна выкатилась из-за леса и поднялась в небо - торжественно и плавно, серебряным круглым сияющим слитком, и залила окрестности волшебным прозрачным голубым светом, и свет этот словно бы был живым и дышал, дышал… как дышит всё живое.



- Доброй ночи, Андор, - тихо произнёс бухгалтер Васильев за моим плечом.



- Доброй ночи, Вагир, - отозвался я, не поворачивая головы.



- Как идут дела? Отчёт готов? – спросил Вагир-Васильев, наш главный, как сказали бы люди, менеджер.



- Готов. Он у меня с собой, - и я протянул Вагиру-Васильеву флешку, достав её из кармана. – Хорошо мы подсуетились, создавая «Станцию», чтобы тут Интернет не работал.



- Конечно, - кивнул мой начальник, выходя из-за кустов и садясь рядом на обрубок бревна. – Человеки-то развиваются, хакерить уже каждый третий умеет. А нам ни к чему, чтобы люди наши файлы взломали. Они, разумеется, ничегошеньки прочитать и понять в наших отчётах не смогут, но насторожатся.



- Мишеньки, новенькие сотрудники, как себя чувствуют? - поинтересовался я.




- На жару жалуются. Очень уж их пАрит в скафандрах, - ответил Вагир. – Я в своём два года маялся, как ты помнишь, хотя изображал не мишку, а слона в московском Зоопарке, пока мы эту базу не открыли. Слоника моего списали по старости, и я сюда перебрался. Человеческий облик всё же более комфортный. Хотя этот их кислород! Многовато его для нас с тобой, Андор. Хотя, ко всему можно привыкнуть, даже к избытку кислорода.




- Когда Александр «созреет», наши маленькие друзья смогут снять оболочки, - пообещал я. – Я и сам в прошлом веке таскал на себе шкуру носорога в Африке, пока меня не «убил» какой-то сумасшедший охотник-англичанин. А кислород… можно и потерпеть. Ради общего блага Вселенной.


- Да, ради общего блага. Но люди так медленно нас догоняют! – вздохнул Вагир.



- У нас много времени впереди. А людям мы постараемся предоставить все возможности для осознания верного пути, - я тоже вздохнул в ответ.



- Мы не боги, Андор, - сказал Вагир.



- И хорошо. Мы совершили много ошибок… в начале нашего пути мы были ещё хуже современных людей, сам знаешь. Маленькими шажками… Что я тебе тут лекции читаю, насялькика?!



Мы оба рассмеялись.



- Когда ты скажешь и покажешь другу правду? – спросил Вагир.



- Когда Саша будет готов, - повторил я. – Возможно, не здесь. И даже не в этом году. Но я ему всё скажу и покажу. Нужно время. Оно всегла нужно – время… Может, мне удастся помирить Сашу с Ириной, его женой. Для осознания правды о многомерности миров во Вселенной нужен душевный покой и чувство жизненной гармонии. К Иринке я подошлю нашу общую знакомую, агента Самитру, человеческое имя – Валя Пташук, сотрудница Сашкиного издательства. Она хорошо работала последние двести пятьдесят лет, многие пары помирила.



- У тебя на Земле уже почти триста лет сплошные каникулы без отпуска, - заметил Вагир. – Можешь открыть на полчаса окно в своей… в вашей с другом комнате.



- А если Сашка проснётся и увидит? – я забеспокоился.



- Скажешь другу, что это был прекрасный сон. Тебе не впервой, - Вагир поднялся с обрубка бревнышка и короткими шажками зашагал к корпусу базы «Станция».



***



Я стоял у окна, открытого в мой мир.



Полчаса - за триста лет. А сколько столетий прошло до этого…



Каникулы без отпуска… Наша профессиональная шутка.



Но Сашка, мой человеческий друг, причём, друг настоящий – всего лишь третий истинный друг за последние триста лет! – наконец-то произнёс самые главные и в его, и в моей, и в нашей общей жизни, слова. Он произнёс наш общий Вселенский пароль - о том, как прекрасен этот мир!



Теперь – только направлять его. Осторожно, незаметно, тихими касаниями к событиям его жизни.



В моём мире, открывшемся в окошке на земные полчаса, мерцали три ярко-алые Луны. В чёрно-сиреневом просторе неба вспыхивали огни сварки – у второй Луны в космосе возводили очередную станцию.



Потоки энергии моего мира, казалось, перехлёстывали через подоконник, они буквально вибрировали в сонном покое комнаты базы «Станция». Не просто же так мы дали туристической базе это название.



Это – станция. Точка встреч и переходов в иные миры.



Не все отдыхающие здесь – люди.



Как и я – не человек.



Но – и человек: в главном. В любви к гармонии всех Вселенных. И в битве за эту гармонию.



Сашка зачмокал во сне губами, перевернулся на спину и на миг открыл глаза.


Я напрягся… Вдруг с ним случится истерика, как при встрече с медведями в лесу? Что мне тогда делать – подушкой его стукнуть?



Но Сашка только сонно улыбнулся и пробормотал строки из моей любимой земной песни:



- Как прекрасен этот мир, посмотри… - веки его плотно сомкнулись, и он вновь засопел носом.



- И не только этот, Саш, - прошептал я, с сожалением – но и с надеждой! – закрывая окно. – Все миры – прекрасны. И мы с тобой их сохраним. Ты скоро узнаешь правду… и Ирина – тоже.


© Copyright: Светлана Догаева, 2026
Свидетельство о публикации №226070201089